June 17th, 2012

монгольфьер

(no subject)

Кстати, вчера было две прикольных встречи.

Когда мы шли после Bellecour по набережной в L Bar с радужными флажками, нас остановила одна миниатюрная симпатичная испанка в возрасте. Спросила, знаем ли мы дорогу. К. почему-то ответила "нет", и испанка стала нам объяснять подробнейшим образом, примерно так: "Вы дойдете до перекрестка, там будет улица Сухого дерева, вы знаете улицу Сухого дерева? Прямо на углу будет бар l'Urban Café, там ещё будет вывеска и много геев. Но вам туда не надо, вам надо пройти дальше и завернуть за угол. Дальше будет ресторан, там, наверное, тоже будет много геев сейчас, но вам тоже туда не надо. А вот дальше уже будет L Bar". Узнав, что мы иностранцы, она пустилась в рассуждения, какие испанцы открытые и клёвые, а французы зажатые и скованные. И что так здорово, когда можно заговорить на улице с незнакомым человеком, невзирая на возраст, пол и национальность.

Потом уже, в Paulaner, видимо, некто так громко болел за русскую команду, что на нас оборачивались люди. В конце уже к нам подсел пожилой преподаватель немецкого языка в лицее и рассказал, что сам он учил русский в школе, даже выдал несколько слов и фразу "Мы идем в лес за грибами". Эта фраза ему казалась странной шуткой. Как можно идти в лес - за грибами?! Мы уверили его, что легко. 

Преподавателем русского в его школе была русская дворянка, эмигрировавшая во Францию после революции. На работу она часто приходила в мехах, и вообще была очень утонченной. А дядя у него был ярый коммунист, и мечтал, что коммунисты захватят весь мир и настанет всеобщее счастье. По поводу революционного террора он говорил, что во Франции тоже расстреливали злых аристократов, не желающих помогать бедному народу, и чтобы построить большее счастье для всех, надо пройти через трудный период. Очевидно, что у меня слега перекосилось лицо на этой фразе, потому что француз бросился уверять меня, что он всегда был против, и с дядей у них были жаркие дискуссии по поводу Сталина и режима. Но песни Красной Армии он всё равно любил.

На прощание он сказал, что часто бывает в этом баре днем и вечером, особенно, теперь, на каникулах. Так что, если кто хочет пообщаться с милым разговорчивым старичком, обожающим Россию, заглядывайте в бар Paulaner недалеко от Bellecour.