September 5th, 2007

монгольфьер

(no subject)

Я хотела его увидеть, и он пришел. То ли на запах моих мыслей, то ли на звук ЖЖ. Получила желаемое и немедленно испугалась. Как я выдержу опять дихотомию чувств? Как не разорвусь между разнонаправленными векторами желаний стукнуть тупым предметом по голове (именно по ней) и свернуться клубком у его ног, уткнувшись в рваные джинсы? Решила: let it be. Захочется стукнуть – попробую (как раз недавно на новом месте работы получила полис медицинского страхования). Захочется чего-то еще...

Интересно было отпустить себя попастись на воле и наблюдать со стороны. Не стала скрывать радость от встречи. И сразу увидела: он же совсем чужой… Мне и сказать-то ему нечего. Вернее, он и не спрашивал. А я бы рассказала. Смотрела во все глаза: и в свои, и в его, и в Настины до кучи. И легкость такая, что, кажется, улечу.

Упивалась своей неожиданно обретенной цельностью. Чем же он был для меня? Почему он стал фокусом, в котором сошлись лучи моей радости и боли, и неуверенности, и интереса, и раздражения, и влечения, и восхищения, и бешенства, и жажды тепла, и много чего еще? И почему перестал им быть?